vk.com/tag_inn
Kugel - Ваш верный союзник!
KSC Пистолет Макарова! Уже в продаже. Полностью металлический. Только в Kugel!
http://www.kugel.ru/catalog/?q=KSC+Makarov+&s=
SKYGUNS
Крутые стволы.
Добрые цены.

http://skyguns.ru/
Магазин Гарнизон
Полевая форма, ACS, Обувь, Снаряжение, Защита
http://www.garnison.ru/
ArmyTex
Интернет-магазин тактического снаряжения. Вышивка шевронов
http://www.armytex.ru
Разместить рекламу

НАШИ РЕАКТИВЩИКИ

Для реконструкторов на эпоху войны США и Кореи.

Модератор: HAL


Вернуться в Война в Корее. 1950 - 1953

Пред. тема :: След. тема  
Автор Сообщение
HAL
HAL

Сообщения: 326
Зарегистрирован: 08.08.2005
Откуда: Moscow City. RF.
В игре: с апреля 2005
Сообщение HAL » 21.03.2011 23:42

Авторы: Жирохов Михаил Александрович, Игорь Аттаевич Сейдов
Материал предоставлен сайтом ARTofWAR
Война в Корее 1950 - 53 годов привнесла в историю воздушных войн фамилии нескольких десятков асов - "реактивщиков". Причем интересно, что большая часть советских асов имела опыт Великой Отечественной войны. Однако отдельное место в этом списке занимает "ас N 9" этой войны Степан Антонович Бахаев, на счету которого кроме 15 сбитых в войну самолетов числится и 11 сбитых в Корее и даже один американский разведчик - нарушитель границы!

* * *
Степан Бахаев родился 2 февраля 1922 года в селе Двуречки, ныне Грязинского района Липецкой области, в семье крестьянина. Он был младшим из четырех детей. Семья жила очень бедно и неудивительно, что Степа, окончив 7 классов подался в город - искать лучшей доли. Ему удалось поступить в плодово-ягодный техникум, однако вскоре он заболел тифом и был отчислен за непосещаемость. Для того, чтобы прожить не оставалось ничего другого, как устроиться газовщиком на Липецкий металлургический завод. Ведя полуголодное существование, по совету кого - то из старших товарищей он записался в местный аэроклуб. Дело в том, что в те времена для привлечения молодежи в аэроклубах еще и кормили! Попутно Бахаев посещает и вечернюю школу ФЗУ. В аэроклубе курсанты изучали теорию полета, самолет У-2. Качество подготовки было достаточно серьезным - например, при выпуске в 1940 году Степан успел сделать 140 полетов на По-2. И когда в октябре 1940 года его забирают в армию вопросов о том, где он будет служить, не было - увидев его послужной список, военком выписывает направление в летную школу. Так в январе 1941 года простой липецкий парень становится курсантом Краснодарской Военной Авиационной Школы Пилотов (КВАШП).
К началу войны он смог только начать теоретическое обучение, а потом была эвакуация. Несмотря на тяжелые условия к моменту окончания училища курсант Бахаев смог освоить Ут-2, УТИ-4, И-16 и Як-1. Выпускная характеристика гласила: "Техника пилотирования на самолете УТИ-4 и И-16 - отличная. Теоретическая учеба - отличная. Решителен, инициативен и требователен. Дисциплинирован. Летным делом интересуется, в полетах вынослив. Целесообразно использовать пилотом в истребительной авиации".
Таким образом, молодой лейтенант получил направление в 515-й Истребительный авиаполк, в который прибыл летом 1943 года. Стоит отметить, что на тот момент полк был вооружен самолетами Як-1 и базировался в г. Белгород (район Курской дуги) Командовал полком майор Громов Георгий Васильевич. Полк на тот момент входил в состав 294-й ИАД, и участвовала в боевых действиях на Воронежском фронте, имея на вооружении истребители Як-1 и Як-7б.
. После недолгой раскачки молодой летчик был брошен в бой. Уже за август месяц в летной книжке молодого летчика появились записи о восьми боевых вылетах и участии в одном воздушном бою, в котором группой был сбит корректировщик ФВ-189. Подробности этого боя удалось установить по полковым документам - так, вот вечером на перехват "рамы" в районе Чугуев - Горб была поднята когда тройка лЈтчиков 515-го ИАП во главе с ведущим мл. л-том Трясак М.Ф. В коротком бою корректировщик был сбит, а победа была записана как групповая на счета участников этого боя: мл. л-нтов Трясак, Никуленков и Бахаев.
Дальше были бои под Харьковом, Полтавой, полк защищал плацдарм между г. Днепропетровском и Днепродзержинском. Свою первую личную победу Степан Бахаев одержал 10-го сентября в районе села Трофимовка, что в Харьковской области. Будучи ведомым у мл.лейтенанта Никуленкова А.В. они вступили в бой с парой Ме-109: одного сбил ведущий, а второго сбил Бахаев. Оба вражеских самолЈта упали в районе села Трофимовка в период с 12.20 - 12.25.
После переформирования и перевооружения на Як-9Т в конце 1943 г. в Харькове, полк перебазировался в Кировоград, а затем весной 1944 г. воевал уже на территории Польши. Южнее Варшавы советские войска форсировали Вислу и заняли плацдарм, который летчики полка защищали с воздуха. К этому времени 515-й ИАП вошЈл в состав 193-й ИАД ( с февраля 1944г.), которая вошла в состав вновь сформированного в декабре 1943 года 13-го ИАК РВГК под командованием генерал-майора Сиднева Бориса Арсеньевича.
После непродолжительного перерыва в наступлении, в январе 1945 г. началось стремительное продвижение советских войск на Радом, Лодзь, Познань и в феврале они вышли на Одер к городам Франкфурт и Кюстрин.
На тот момент старший лейтенант уже был очень подготовленным летчиком, имевшим на своем счету 10 сбитых самолета противника. Эти успехи были отмечены и командованием и на груди Степана красовались Орден Отечественной войны I степени (награжден 23 ноября 1943 года) и два Ордена Красного Знамени (28 августа 1944 года).
Особенно отличился полк в боях над Померанией. Приказом ВГК в марте 1945 года, соединениям и частям , отличившимся при прорыве обороны противника восточнее г.Штаргард и овладении городами Бервальде, Темпельбург, Фалькенбург, Драмбург, Вангерин, Лабес, Фрайенвальде, Шифельбайн, Регенвальде и Керлин, присвоено почЈтное наименование "Померанских". В числе отличившихся частей был и 515-й ИАП, также получивший это почЈтное наименование.
Особенно стоит отметить один бой, который получил широкую известность. 28 февраля 1945 года для удара по вражескому аэродрому Финовфурт вылетели 20 штурмовиков Ил-2, 18 истребителей группы прикрытия и 12 истребителей ударной группы. Задание нужно было выполнить в конце дня за час до наступления темноты.
Когда ударная группа прорвалась вперед, чтобы блокировать аэродром, встретила 10 самолетов противника, подходящих к аэродрому для посадки и атаковала их. Внезапной атакой летчики 515-го ИАП сбили три самолета (причем один Ю-87 пошел на счет старшего лейтенанта С.А.Бахаева). Немецкие зенитчики огонь не открывали, боясь попасть в своих.
Около 19 часов к аэродрому группами стали подходить штурмовики. Они наносили удары по стоянкам самолетов, зенитным точкам, складам. Всего по советским данным истребители повредили на земле 10 и сбили в воздухе 7 самолетов противника. В книге "Крылья победы" командующий 16-й воздушной армии маршал авиации С.И.Руденко дает высокую оценку действиям летного состава в этот период.
Свои последние победы Степан Бахаев одержал 18-го марта 1945 года , когда группа лЈтчиков 515-го ИАП прикрывая свои войска, перехватили большую группу штурмовиков ФВ-190 в районе Штеттин - Альтдамм в18.30 и в десятиминутном сражении, рассеяли эту группу уничтожив 5 самолЈтов противника, без своих потерь. Двух "фоккеров" с бомбами сбил сам Бахаев, ещЈ двух уничтожил мл.лейтенант Рысин и ещЈ один "фоккер" на счету лейтенанта Косенко. Так лЈтчики 515-го ИАП предотвратили бомбардировку своих войск.
28 апреля 1945 года полк перебазировался на берлинский аэродром Темпельгоф. Вокруг аэродрома еще находились очаги сопротивления немцев и потому летчики постоянно обстреливались с крыш близлежащих домов.
Первым на аэродроме, после разминирования посадочной полосы, приземлился командир полка майор Георгий Васильевич Громов со своим ведомым Юрием Дьяченко. Остальные экипажи приземлялись звеньями. Однако незамедлительно по самолетам был открыт шквальный минометный огонь. И только после того, как по выявленным точкам отработали "катюши", полк смог начать освоение нового аэродрома, хотя ружейно-пулеметный обстрел не был редкостью и в дальнейшем.
30 апреля пал последний оплот фашизма - рейхстаг. Над ним гордо реяло красное знамя. До конца войны оставались считанные дни. После взятия рейхстага туда приехала группа летчиков полка. Они оставили свои подписи на стенах и колоннах и, конечно же, сфотографировались на память.
2 мая не было вылетов. На аэродроме стояла тишина. Его готовили к приему пленных немцев. В 16 часов аэродром заполнили побежденные вояки гитлеровского рейха - всего 40 тысяч. Как пишут очевидцы: "Кого только здесь не было: солдаты, офицеры, генералы, предатели Родины - власовцы, бендеровцы, бульбовцы и прочая сволочь. Куда девался их воинственный вид? Смотрели кто понуро, кто угнетенно, кто злобно. Вскоре они были отправлены по назначению! Кто в лагеря для военнопленных, кто для дальнейшей проверки".
С 6 мая вражеская авиация в воздухе больше не появлялась. А на следующий день летчикам полка была поставлена ответственная и почетная задача: группа из 18 истребителей полка под командой майора Михаила Николаевича Тюлькина должна будет 8 мая 1945 года почетным эскортом в составе объединенной группы из 36 машин сопровождать и охранять "Дугласы" союзников, летящих на подписание безоговорочной капитуляции Германии. В состав группы попал и старший лейтенант Бахаев.
Руководителем полетов 8 мая был назначен майор В.Н.Сухопольский, дежурным по полетам - лейтенант А.В.Никуленков. Технический состав тщательно готовил материальную часть, самолеты рассредоточены по шесть друг за другом, определены стоянки для прилетавших самолетов, проверялась работа радиостанций, уточнялся прогноз погоды. О состоянии готовности систематически докладывали командиру полка.
В распоряжение дежурного была выделена автомашина "виллис", на борту которой на русском, английском и французском языках было написано: "Рулить за мной!"
8 мая действия на аэродроме были четкими и пунктуальными. Прибывали представители командования, журналисты, фотокорреспонденты. Дежурному по полетам Никуленкову пришлось встречать прибывших, докладывать о них и представлять их по необходимости командованию.
Первым зашел на посадку английский самолет. Подъехав к нему, дежурный по полетам показал на борт автомашины с надписью: "Рулить за мной!" Английский летчик кивнул головой, затем приземлились остальные самолеты и зарулили на отведенные им стоянки. Здесь же поблизости поставили большой стол, на котором были закреплены флажки четырех союзных государств. Неподалеку играл духовой оркестр. Стояли представители нашего командования. Гостей встречал генерал армии В.Д.Соколовский.
Позже всех прибыл "Юнкерс" без опознавательных знаков. Дежурный принял его и поставил на отведенное ему место. Из самолета вышли в парадной форме немецкие генералы, прибывшие подписать акт о капитуляции: генерал-фельдмаршал Кейтель, адмирал флота Фридебург, генерал-полковник авиации Штумпф и сопровождавшие их офицеры.
Вскоре самолетом прибыл А.И.Микоян. На большой скорости въехала на аэродром легковая автомашина. Из нее вышел Маршал Советского Союза Г.К.Жуков. Прозвучали гимны, прошел почетный караул, затем все на автомашинах уехали подписывать акт о безоговорочной капитуляции.
После подписания акта о капитуляции самолеты союзников взлетели с аэродрома Темпельгоф. Проходя над аэродромом, они покачали крыльями, а наши истребители почетным эскортом проводили их до Эльбы и благополучно возвратились. Последним улетел самолет без опознавательных знаков.
За 19 военных месяца С.А. Бахаев совершил (согласно официальным данным, отраженным в летной книжке) 112 боевых вылета, принимал участие в 28 воздушных боях, в которых сбил 11 самолетов лично и 2 в группе. Он стал третьим по
результативности летчиком полка за войну.
Хотя боевые действия и закончились, но 515-й иап еще до ноября 1947 года находился на территории Германии в составе оккупационных войск.
Отгуляв отпуск, в феврале 1948 года Бахаев получает направление в 1-ю эскадрилью 523-го ИАП, который на тот момент базировался в Кобрине. Именно здесь родился и первый ребенок молодой семьи - сын Валерий. Стоит отметить, что женой Степан Антоновича стала его односельчанка Мария Ивановна, которая работала медсестрой и потом стала верной спутницей жизни.
В этот период началось перевооружение ВВС на реактивную технику и, летчики 523-го полка начинают перевооружение на новенькие Як-15. Правда, в Белоруссии полк задержался недолго и уже в сентябре был переведен в Кострому, где летчики освоили МиГ-15.
Стоит отметить, что полк входил в состав 303-й истребительной авиадивизии под командованием Георгий Агеевича Лобова. Кроме 523-го в дивизии числились 18-й и 17-й ИАПы, которые находились в Ярославле.
В августе 1950 года по решению командования дивизию стали готовить для переброски на Дальний Восток в Приморье, а потом в Китай. Абсолютно всем стало ясно, что, их готовят для разгоравшейся войне в Корее. Опасения подтвердил прибывший незадолго до оправки маршал Москаленко, который инструктировал лЈтный состав и попутно набирал "добровольцев" для поездки в Китай.
Личный состав соединения выезжал из Ярославля ж/дорожными эшелонами, вместе с самолЈтами. Офицерский состав ехал первым эшелоном в своей форме одежды, эшелоны шли вне графика, однако и тут сработала старая советская привычка и личный состав "назначили" физкультурниками. Правда, поездка прошла не без приключений - когда офицерский эшелон прибыл в г. Уссурийск, то здесь начались обильные дожди, которые дали столько воды, что реки вышли из берегов и на линии Хабаровск-Уссурийск мосты были разрушены и эшелон с тех. составом и самолЈтами были отрезаны и задержались с прибытием в г. Уссурийск на 20-25 дней.
В итоге местом базирования 523-го ИАП определили аэродром Воздвиженка, который был залит водой, 18-го ГИАП - аэродром ГалЈнки, а 17-го ИАП - аэродром Хороль. Интересно, что, несмотря на ожидания летчиков на Дальнем Востоке дивизия задержалась до марта 1951 года. В Воздвиженке летный состав проходил нормальную лЈтную подготовку, перемежавшуюся с постоянными вылетами на перехват нарушителей госграницы - с началом войны в Корее американские самолеты часто нарушали советское воздушное пространство.
До поры до времени все столкновения заканчивались мирно, однако так продолжалось до 26 декабря 1950 года. В тот день поднятая по тревоге пара Бахаев - Котов перехватила американский разведчик, опознанный летчиками как "В-29". Над мысом Сейсюра советские летчики сбили нарушителя. Вот такой отчет лег на стол главнокомандующего ВВС СССР:
"26 декабря 1950 года в 14 час. радиолокационные станции отметили приближение со стороны Кореи в направлении госграницы СССР неизвестного самолЈта.
По тревоге в воздух были подняты самолёты ВВС...
Истребители в районе устья реки Тюмень-Ула (линия границы с Кореей) заметили приближающийся от мыса Сейсюра (Корея) американский самолЈт Б-29, который, как потом доложили лЈтчики, сблизился с нашими истребителями и открыл огонь.
В результате ответного огня наших истребителей на Б-29 загорелось левое крыло и самолЈт, развернувшись в сторону моря, резко пошЈл на снижение. Это подтверждается также данными радиолокационной станции.
По утверждению наших лЈтчиков и заключению штаба ВВС американский самолЈт Б-29 сбит и упал в море в 50 милях южнее мыса Сейсюра. Следует отметить, что 27 декабря с утра американские самолЈты Б-29 группами по 2-4 машины летали в районе падения самолЈта.
Генерал-лейтенант Петров."

Правда, после того как американцы заявили официальный протест, и началось расследование, командир полка предпочел скрыть сам факт боя, приказав уничтожить пленку с фкп и, о нем стало известно только в 80-х годах. К этому стоит добавить, что американцы до сих пор не сообщают, кто был сбит в районе советско-корейской границы 26-27 декабря 1950г.. Видимо экипаж RB-29 (хотя речь может идти и о РБ-50 и о PBY "Прайвитер" и спасательном Б-17 - наши лЈтчики все четырехмоторные американские машины определяли как "Б-29") выполнял какое-то секретное задание и до сих пор этот инцидент засекречен.
В этом вылете ведомым у Бахаева был старший лейтенант Николай Кузьмич Котов. Он погиб в Китае во время выполнения тренировочного полЈта 11-го мая 1951г., похоронен на русском кладбище в г. Дальний (Китай). Правда, произошло это уже в составе 17-го ИАП 303-й ИАД, куда его перевели за месяц до этого в качестве пополнения.
Весь следующий день советские пограничники наблюдали невероятную активность американской авиации в районе сбития разведчика - видимо, янки проводили спасательную операцию. Ясное дело, что после этого инциденты полеты американских самолетов вдоль границы на какое-то время прекратились.
В конце марта началась переброска дивизии в Китай. 25-го марта 1951 года 303-я ИАД в полном составе прибыла в г.Мукден, где обосновалась на местных аэродромах. ЛЈтчикам 523-го ИАП достался аэродром "Мукден-Восточный".
Уже 3 апреля 1951 года на аэродроме Мукден-Восточный" советские летчики начали облЈт прибывших ж/дорожным эшелоном собранных самолЈтов. Одновременно началась и усиленная лЈтная подготовка к будущим боевым действиям.
28-го мая полк перелетел на аэродром Мяогоу, который китайцы построили за рекордный срок - один месяц. За это время была проведена поистине титаническая работа - сделана бетонная полоса длинной 2,5 км и рулежные дорожки к капонирам. Аэродром находился в 10-15 км от реки Ялуцзян, которая разделяла Китай и Корею.
Стоит также отметить, что на 4 июня в составе полка числилось: летчиков - 35 (налицо - 34), самолетов МиГ-15 - 30 (все исправны). Согласно документам боевая задача полку была поставлена следующая: "Авиацию противника уничтожать в зонах севернее 38 параллели. Зона N1: Дадунгоу - Оциори - Тайсен - Тхянгдю; Зона N2: Оциори - Токузанри - Токусен. Вести бои южнее рубежа Пхеньян - Гензан и выходить на береговую черту Корейского Залива - запрещается".
Практически сразу летчики полка оказались втянуты в круговерть боев. Свой первый бой с американскими лЈтчиками, пилоты 523-го ИАП провели 18-го июня, когда два звена МиГ-15 под командованием подполковника КарасЈва А.Н. в районе Кидзио в 9.35 на высоте 8500 метров встретили 8 истребителей Ф-86, которые намеривались атаковать ведущее звено нашей группы. Однако у американцев не получилось неожиданной атаки: наши лЈтчики вовремя обнаружили противника, и перешли на вертикальный маневр, в котором МиГи были сильнее "Сейбров". В итоге после 14 минут сражения, противник был вынужден покинуть поле боя и, лЈтчики 523-го ИАП остались полными хозяевами положения и, победа осталась за нашими лЈтчиками. По итогам фотоконтроля, трЈм участникам этого боя (КарасЈву, капитану ПономарЈву и ст.лейтенанту Яковлеву) были записаны победы над тремя Ф-86. У нас был повреждЈн самолЈт ст. лейтенанта Яковлева, который благополучно вернулся в Мяогоу.
Однако Степан Бахаев впервые встретился с американскими лЈтчиками в бою только через пять дней - 23-го июня. В этот день лЈтчики 523-го ИАП совершили два полковых вылета, и оба с боями. Первый вылет был утром в 9.00 для прикрытия выходящих из боя лЈтчиков двух других полков 303-й ИАД. Другой был под конец дня в 17.55 для прикрытия объектов вдоль железной дороги Аньдун-Ансю. При этом было проведено два воздушных боя с небольшими группами "Сейбров"(12 и 8 самолЈтов Ф-86) и оба раза победу праздновали лЈтчики 523-го ИАП: в каждом из этих двух боях, было сбито по одному Ф-86 и оба они на счету капитана Тюляева. У нас был повреждЈн только самолЈт капитана Митрофанова, но он благополучно вернулся на свой аэродром.
Но самый удачный и результативный бой в июне месяце лЈтчики 523-го ИАП провели на следующий день - 24-го июня. Рано утром в 4.20 на перехват самолЈтов противника в район Бихен-Ансю несколькими группами вылетел весь 523-й ИАП в составе 29 экипажей, под общим командованием подполковника КарасЈва А.Н.. Степан Бахаев вылетел чуть позже в 4.22 в составе 10 экипажей своей 1-й АЭ под командованием майора Трефилова А.П.
А дальше слово документу:


"Воздушный бой эскадрильи (10 МиГ-15) под командованием командира эскадрильи гвардии майора Трефилова с 16 самолетами Ф-80 в районе Ансю 24.06.1951 года

8.13 по данным РТС в районе Созан было обнаружено 16 самолетов Ф-86, которые на высоте 5000 метров следовали в район Ансю.
8.22 по команде с КП части пп 45144 1 эскадрилья в составе 10 МиГ-15 под командованием командира эскадрильи гвардии майора Трефилова произвела боевой вылет на перехват штурмовиков противника в районе Ансю.
8.19 майор Трефилов, следуя своей группой на высоте 6000 метров в боевом порядке левый пеленг звеньев 10 км юго-западнее Ансю на высоте 1500-2000 метров увидел до 16 самолетов Ф-80, которые наносили бомбоштурмовые удары по ж.д.станции Ансю и вступил с ними в бой составом всей группы.
Гвардии майор Трефилов своей шестеркой пошел на сближение с 6 Ф-80, сблизившись с четверкой -80 на дистанцию 650 метров его ведомый старший лейтенант Шальнов открыл огонь под ракурсом 2/4 по левому ведомому самолету. Четверка Ф-80 заметила атаку наших истребителей и переворотом ушла в море. При преследовании 4 самолетов Ф-86 гвардии майор Трефилов сзади себя 2-3 км увидел 4 Ф-80, которые пытались атаковать его шестерку сзади. Трефилов правым боевым разворотом с набором высоты вышел из-под атаки 4 Ф-80. Выйдя из разворота майор Трефилов впереди 1,5-2 км увидел 2 Ф-80, с парой капитана Бахаева пошел на сближение с ними, сблизившись на дистанцию 550 м под ракурсом 1/4 открыл огонь по ведомому самолету. Пара Ф-80 заметила атаку наших истребителей и стала в левый вираж. Гвардии майор Трефилов продолжал преследовать ее на вираже. Пара Ф-80 выйдя из виража переворотом ушла за береговую черту. Гвардии майор Трефилов своей парой продолжал поиск самолетов противника в заданном районе боя.
Капитан Бахаев, следуя за парой гвардии майора Трефилова, левее себя 1,5-2 км увидел 2 Ф-80 и пошел на сближение с ними. Проскочив противника на встречно-пересекающихся курсах, капитан Бахаев произвел левый боевой разворот, а пара Ф-80 произвела правый разворот. Капитан Бахаев своей парой зашел сзади сверху к паре Ф-80. Сблизившись на дистанцию 500 метров под ракурсом Ў капитан Бахаев открыл огонь по ведомому самолету, в результате атаки самолет сбит. Ведущий самолет заметил атаку пары миГ-15 переворотом с резким снижением ушел за береговую черту. Капитан Бахаев из атаки вышел левым разворотом с набором высоты, после чего продолжил поиск противника в заданном районе.

Пара старшего лейтенанта Разорвина при развороте гвардии майора Трефилова вправо впереди себя 1-2 км и ниже 1000 метров увидела 2 Ф-80 и пошла на сближение с ними. Сблизившись на дистанцию 700 метров открыла огонь под ракурсом · по ведущему пары. В результате атаки самолет сбит. Ведомы пары Ф-80, заметив атаку пары МиГ-15, переворотом ушел за береговую черту. Старший лейтенант Разорвин из-за атаки вышел правым разворотом с набором высоты продолжил поиск противника в заданном районе.
При сближении шестерки гвардии майора Трефилова с 6 Ф-80 капитан Мазилов увидел 4 Ф-80, которые сзади пытались атаковать пару капитана Бахаева. Капитан Мазилов составом своего звена пошел на сближение с ними. Сблизившись на дистанцию 300 метров ведомый капитана Мазилова старший лейтенант Шаталов под ракурсом · открыл огонь по правому ведомому самолету. В результате атаки, атакованный самолет взорвался в воздухе. Самолеты Ф-80, заметив атаку наших истребителей стали в левый вираж. Капитан Мазилов составом своего звена преследовал противника на вираже, сблизившись на дистанцию 240 метров капитан Мазилов открыл огонь по ведущему второй пары Ф-80 под ракурсом 2/4. Самолет сбит. Оставшаяся пара Ф-80 переворотом ушла в море. Капитан Мазилов из атаки вышел правым боевым разворотом с набором высоты, после чего продолжал поиск противника до получения команды на посадку.
В процессе воздушного боя сбито 4 самолета Ф-80. Своих потерь нет. Воздушный бой проводился на высоте 1000-6000 метров в районе Ансю в течение 10 минут.
Израсходовано: снарядов Н-37 - 92 штук, НС-37 - 208 штук. Боевой налет 5 часов 31 минута. Погода в районе боя: облачность 8-10 баллов, перистая, видимость 8-10 км."
Хотя американцы заявляют, что 24-го июня они потеряли только один Ф-80 из состава 49-й ИБАГ, однако четыре дня спустя, 28-го июня они списали ещЈ 4 своих Ф-80 из состава 8-й ИБАГ, записав их на счЈт "зенитчиков" и в результате катастрофы. Однако эти заявления американцев вызывают большое сомнение, зная, как много своих машин американцы списывают на счЈт зенитного огня, либо на разные другие "технические" причины, не желая признавать свои потери в воздушных боях с МиГами.
10-го июля в г. Кэсон (КНДР), начались переговоры между представителями Северной и Южной Кореей. К этому времени фронт стабилизировался по 38-й параллели. Наступило затишье, как на земле, так и в воздухе. ЛЈтчики 523-го ИАП изредка поднимались в воздух в июле месяце на перехват противника, но только однажды имели встречу с противником. То же самое происходило и в августе месяце: было совершено всего чуть больше десятка боевых вылета и было всего 4 встречи с противником, которые закончились безрезультатно (только в одном бою 24-го августа удалось сбить один Ф-86, однако было потеряно два самолЈта полка и погиб один наш лЈтчик).
23-го августа переговоры в Кэсоне зашли в тупик и, не достигнув договорЈнности стороны, прервали эти переговоры. После этого сразу активизировались боевые действия, как на земле, так и в воздухе. Американцы, заранее зная о неудаче в данных переговорах, уже с 18-го августа начали совершать массированные налЈты на узлы коммуникаций Северной Кореи, постепенно расширяя радиус проникновения своих самолЈтов в глубь территории КНДР.
С конца августа произошло резкое наращивание воздушных сил со стороны войск ООН. Хотя основную тяжесть боев по прежнему несли американцы в рапортах полка отмечены также схватки (и победы) над австралийскими "Метеорами". Так 18-го августа 1951г. в 8:20 Бахаев с Дьяченко в р-не Тайсен на высоте 10500м увидели 8 с-тов "МетеорIV", которые следовали курсом 150Њ. "Метеоры" имели скорость 800-900км/ч, окрашены в тЈмно-зелЈный цвет. СамолЈты ушли в море. Это была первая встреча советских лЈтчиков с самолЈтами этого типа в небе Кореи. После этой встречи, до всех лЈтчиков 64-го ИАК было доведено о том, что в небе Кореи появились двухдвигательные реактивные истребители английского производства. В этом вылете Степану Бахаеву не довелось померяться силами с новыми противниками, но вскоре лЈтчикам 523-го ИАП предстояли новые встречи с этими машинами.
Боевое и физическое напряжение возросло особенно в сентябре и октябре. Вылеты приняли массированный характер, в воздух поднимались с нашей стороны до ста истребителей в составе полка, дивизии, а то и корпуса. А со стороны противника -- до пятьсот самолетов разных типов, но большей частью -- "сейбров". Ожесточенный характер приобрели и воздушные бои.
С 1-го сентября 1951 года авиачасти 64-го ИАК развернули активные действия, против авиации США изменив при этом тактику противодействия в последующих сражениях. Она состояла в том, что наши лЈтчики передовой группой в составе одной АЭ атаковали "Сейбров", которые прикрывали боевые порядки ударных самолЈтов, стараясь зажать одного-двух Ф-86 и тем самым привлечь других "Сейбров" на выручку своим попавшим в беду товарищам. В это время несколько групп МиГов, действуя строем колонной звеньев, атаковали боевые порядки ударных самолЈтов, которые направлялись для удара по объектам на территории КНДР. Эта тактика давала хорошие результаты: 19-го сентября в воздушном сражении МиГи уничтожили 2 Ф-86 и 7 Ф-84, потеряв только один свой самолЈт.
И вновь, в этом сражении отличились лЈтчики 523-го ИАП, которые в этом сражении играли основную роль ударной группы. События в этот день развивались следующим образом: сначала в 10 часов утра лЈтчики полка провели успешный бой с группой Ф-86 в районе Тейсю, добившись двух побед, без своих потерь. Но главное сражение произошло после обеда в период 16.05 -16.15 в районе г. Сенсен (Сюкусен-Дзюнсен), когда полковая группа 523-го ИАП была наведена на большую группу истребителей-бомбардировщиков Ф-84 из состава 49-й ИБАГ, которые были без прикрытия "Сейбров", которых взяли на себя лЈтчики 17-го и 18-го авиаполков 303-й ИАД. Воспользовавшись этим благоприятным обстоятельством, лЈтчики 523-го ИАП атаковали звенья "Тандерджетов" и вскоре разгромили всю группу Ф-84, заставив их искать спасение в море. Однако 7 из них так и не добрались до спасительной воды и остались гореть на земле Кореи. Шесть из них на счету лЈтчиков 523-го ИАП, причЈм командир полка подполковник КарасЈв А.Н. в этом сражении сумел сбить сразу трЈх "Тандерджетов" - вот что значит мастерство и опыт Героя Советского Союза!
В этом сражении отличился и капитан Степан Бахаев, который сбил своего третьего американца в небе Кореи. Полк потерял в этом бою только один свой самолЈт, но его пилот капитан Тюляев И.И. благополучно спасся на парашюте и вскоре вернулся в часть. Американцы вновь заявили, что в этом сражении потеряли только один свой Ф-84, что опять же вызывает большое сомнение.
Так, Бахаев за сентябрь совершил 24 боевых вылета, а в следующем месяце - еще 23. И как следствие: в сентябре летчик пополнил свой счет на сразу на три победы, сбив по одному самолЈту противника 19-го, 25-го и 26-го, а вот в октябре кроме "Сейбра" (6-го числа) в его прицел попал и В-29.
В тот памятный для всех летчиков, которые "прошли" Корею день в тяжелом бою были сбиты сразу десяток "Суперкрепостей", одна из которых (B-29-40-MO # 44-86295) из состава 372-й бомбардировочной эскадрильи пошла на счет Степана Бахаева. Хотя самолет был записан в советских документах как очевидная победа, однако согласно американским данным самолет все-таки в бою был только поврежден и совершил аварийную посадку на аэродром Кимпо. Хотя самолет сгорел полностью, из экипажа погиб только штурман. - Это сражение вошло в историю воздушной войны в Корее, т.к. поставило "жирную точку" в боевой карьере знаменитого бомбардировщика Б-29, который в прямом смысле ушЈл в тень: после этого сражения с МиГами 64-го ИАК соединения САК вооружЈнные бомбардировщиками Б-29, отказались от действия днЈм над КНДР, и перешли на действия только ночью.
Как теперь точно известно, в отражении налЈта авиации противника 23-го октября на аэродром Намси, в котором принимали участие 10-12 бомбардировщиков Б-29 из состава 307-го БАК, которых прикрывали 55 истребителей Ф-84 из состава 49-го и 136-го ИБАК и 34 истребителей Ф-86 из состава 4-го ИАК, принимали участие 84 советских истребителя МиГ-15бис 64-го ИАК, из состава 303-й и 324-й ИАД.
Первыми ушли в воздух в 8.24-8.33 авиагруппы 303-й ИАД: 20 экипажей 17-го ИАП, 20 экипажей из состав 18-го Гв. ИАП и 18 экипажей 523-го ИАП. За лЈтчиками 303-й ИАД, по команде штаба корпуса через 15 минут стали взлетать самолЈты 324-й ИАД. Полковую группу 523-го ИАП возглавлял майор Оськин Д.П. Встреча с противником состоялась в 8.43 в районе Тайсен, когда на высоте 5000 метров была обнаружена группа Б-29 состоящая из 9 Б-29, которые шли под непосредственным прикрытием состоящее из четырЈх десятков истребителей Ф-84, которых сверху прикрывали ещЈ около десятка истребителей Ф-86. По команде ведущего лЈтчики полка на большой скорости атаковали боевые порядки, как бомбардировщиков, так и прикрывавших их истребителей противника. Большая часть лЈтчиков полка прорвалась через боевые порядки истребителей прикрытия, и атаковали непосредственно бомбардировщики, проведя по ним от двух, до трЈх атак. При этом четверым лЈтчикам полка удалось поразить свои цели. Особенно отличился командир группы майор Оськин, которому удалось поразить и поджечь сразу двух бомбардировщиков Б-29.
Степану Бахаеву под защитой своего верного ведомого Григория Дьяченко, также удалось сблизиться с одной из "Сверхкрепостей" (благо опыт стрельбы по этому типу самолЈта у Бахаева уже был) и с дистанции 500-600 метров поджечь этот бомбардировщик и он начал снижаться в сторону моря южнее Тейсю.
Всего в этом бою лЈтчики 523-го ИАП сбили 5 бомбардировщиков Б-29 и один истребитель Ф-84. Свои потери составили один самолЈт и пилот: уже возвращаясь на аэродром был сбит "Сейбрами-охотниками" самолЈт ст. лейтенанта Хуртина В.М. - лЈтчик погиб. - Так закончилось это грандиозное сражение для лЈтчиков 523-го ИАП, которые в этом сражении уничтожили почти половину самолЈтов противника из общего числа потерянных противником в этот день.
Однако буквально на следующий день в воздушном бою был сбит ведомый Бахаева - Дьяченко Г.Х. и хотя летчик удачно катапультировался, однако часть летчиков полка была склонна относить эту потерю на недостаточную осмотрительность в бою, ведущего пары. После этого ведомым у Бахаева стал летать Константин Тимофеевич Шальнов. Кстати, забегая вперед, стоит сказать, что и он был сбит, что привело к таким нелицеприятным словам, сказанным уже после войны Дьяченко: "Но надо заметить, что он [Бахаев] допустил дважды ошибочный маневр, в результате которых были сбиты его ведомые, - я и Шальнов после меня. Он обязан был всЈ видеть и не допустить этого. Нужно также сказать, что за всЈ время боевой работы в Корее, ни один из ведущих, тем более командир группы, не были сбиты (ведущие пар сбивались, но командиры групп нет. - Прим.авт.), что означает их высокую боевую выучку и бдительность ведомых, но все, кто был сбит, - на совести ведущих. Многие из них увлекались в бою и забывали о своЈм ведомом".
Но тут же отметим, что были и другие факты, которые свидетельствовали и о другой стороне Бахаева как ведущего группы. Вот что, например, вспоминал летчик его звена Николай Григорьевич Коваленко: "Помню, как после выполнения задания, я в составе звена Бахаева был ведущим второй пары. Мы возвращались домой. Из разговоров по радио, можно было судить, что мы возвращаемся последними. Ведомым у меня был Иван Рыбалко. Я тут заметил, что нашу пару начали атаковывать четвЈрка "Сейбров". Степан дал команду перейти направо. Но и после перехода, атаки "Сейбров" продолжались. К тому времени загорелась красная лампочка в кабине - горючего осталось только на посадку. Когда "Сейбры" вышли на дистанцию 800м, по команде Бахаева, я пошЈл прямо, а ведущая пара стала выполнять левый боевой разворот. За ней пошла вся четвЈрка "Сейбров". Я всЈ это видел и когда последняя пара "Сейбров" вошла в разворот, начал разворот и ч своей парой. При этом удалось сбить одного "Сейбра", остальные ушли и мы вернулись на аэродром с пустыми баками... "
К сказанному добавим, что это был бой, произошедший 22 октября 1951г., когда Коваленко одержал свою единственную победу в небе Кореи, сбив Ф-86 в 25км северо-западней н.п. Дзюнсен. Однако эта победа была одержана благодаря слаженному командованию в этом бою своим звеном еЈ командира, который удачным маневров подвЈл под удар своей второй пары звено "Сейбров" и не только смог избежать потерь в трудной ситуации, но и добиться победы над американцами.
Конец года стал относительно спокойным для летчиков полка - измотанные в октябрьских боях они стали подниматься в воздух все меньше и меньше. Командование, прекрасно это, осознавая, отдало приказ об отправке попарно летчиков в дома отдыха. В начале ноября отбыл и майор Бахаев. Вернувшись в часть в конце ноября, с новыми силами ринулся в бой. Так, только пять дней ноября в его летной книжке появились записи о 12 боевых вылетах, которые пять раз, закончились воздушными боями. Однако и они были весьма результативными - на счет летчика пошли два сбитых американских истребителя - Ф-80 и Ф-86. - "Шутинг Стара" Степан Бахаев сбил в районе Дзюнань: это был Ф-80 N49-531 Du Briel, Rafael из состава 36-й FBS 8-й FBW - пилот пропал без вести. А "Сейбра" капитан Бахаев сбил в 10км юго-восточнее Дзюнсен: эту потерю американцы не подтверждают, скорее всего, Бахаеву удалось в этом бою только повредить этого Ф-86.
Еще, будучи на отдыхе Степан Антонович узнал о радостном событии - присвоении звания Героя Советского Союза. Именно 13 ноября был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении большой группы "интернационалистов". На тот момент на счету аса с учетом побед в ВОВ было 23 победы.
Достаточно напряженным, хотя и не результативным на победы был декабрь. Посудите сами, в 27 боевых вылетах только 8 раз Бахаеву удалось увидеть противника, что называется "в лицо". Однако в этих боях пополнить свой счет ему не удалось.
Зато новый 1952 год летчик начал с победы, сбив в районе Дзюнсен Ф-86. В этом бою, который состоялся в 10.20 в районе Ансю, сошлись 12 лЈтчиков 523-го ИАП и 18 пилотов Ф-86. В этом бою было сбито два Ф-86, без своих потерь: одного "Сейбра" сбил майор Охай Г.У., а другого капитан Бахаев. Победу ведущего подтвердил и ведомый Бахаева ст. лейтенант Коваленко Н.Г. и власти КНДР. Однако американцы признали потерю в этом бою только одного Ф-86Е N50-0635 из состава 16-й FIS 51-го FIW, пилот которого Logoyda, John - погиб.
А свою последнюю в Корее победу Бахаев одержал 18-го числа. : "18-го января я вылетел вместе с Бахаевым на прикрытие своего аэродрома Мяогоу и тех самолЈтов, которые возвращались после выполнения задания и когда все приземлялись. - вспоминал потом тогдашний ведомый Шальнов. - Степан Антонович Бахаев и я обследовали район на юг, километров 60.Обнаружили звено штурмовиков Ф-84 и атаковали их. Бахаев увлЈкся своей целью, я чуть отстал от него и увидел вблизи Ф-84 у себя перед носом. УвлЈкся преследованием ну и сбил его. Мне даже стало жалко этого американца, видимо не опытный был лЈтчик или не видел меня, т.к. ни какого маневрирования не проводил. Сейчас сожалею, что сбил его." Этот вылет был утром и обеим лЈтчикам было записано по одной победе: Бахаев сбил своего Ф-84 в 07.47 в районе Сюкусен - Ансю. - В этом вылете 6 экипажей 523-го ИАП атаковали 10 самолЈтов Ф-84 и одного из них сбили. Эту победу подтверждают и американские источники, которые сообщают о потере Ф-84Е-30 N51-669 из состава 49-го FBW.
Это была "лебединая песня", так как вскоре полк и дивизию в целом стали готовить к выводу из Китая, и последней задачей стало введение в строй летчиков прибывающей на смену 190-й ИАД ПВО. СамолЈты были переданы в состав 256-го ИАП (190-я ИАД). Вместе с самолЈтами в состав этого полка был переведЈн в полном составе весь технический персонал 523-го ИАП, т.к. 256-й ИАП прибыл в Китай без своего технического персонала. Так техники и механики 523-го ИАП остались в Китае на второй срок боевой командировки.
Последний вылет полк (хотя к тому времени в строю оставалось только восемь летчиков) совершил 20 февраля 1952 года. А чуть ранее в прицел американцам попал ведомый Бахаева уже не раз упоминавшийся Шальнов. "11-го февраля 1952г., я как ведомый Бахаева, вылетели на боевое задание и были в группе прикрытия. День был безоблачный. Высота наша была 11000-12000м. После выполнения задания, вся наша группа производила посадку, а мы с Бахаевым сделали круг над аэродромом Мяогоу, но круг растянули на юг, километров на 20. И вот на высоте 12000-13000м повстречали 8 Ф-86, которые были выше нас.
Мы с Бахаевым согласовали действия, если удастся завязать воздушный бой. На такой высоте радиус разворота 10-15км. Когда разворачивались, заметили, что два Ф-86 разворачиваются навстречу с нами. В хвост зайти ни нам, ни им не удалось. Атаки были произведены на встречных курсах. Как всегда в разряжЈнной атмосфере невольное отставание ведомых. Ведущий Ф-86 удачно сманеврировал и готовился стрелять в Бахаева, а я в это время удачно нацелился на этот Ф-86, который намеривался сбить Бахаева. Открыл прицельный огонь на встречном курсе и сбил его. Ну, а ведомый Ф-86, в это время хорошо вписал меня в свой прицел и сбил меня."
По документам бой выглядел следующим образом: "В 14.43 в 30 км вост. Дээгуандонг на Н:12000 м пара ГСС Бахаева была атакована 2 Ф-86 спереди - слева под ракурсом 1/4-2/4. СамолЈт Шальнова загорелся, потерял управляемость и сорвался в штопор. На Н:7000м лЈтчик катапультировался и сел благополучно. Прибыл в часть ".
К началу марта летчики 523-го ИАП вернулись на аэродром базирования, оставив матчасть сменщикам.
Всего за время боевых действий майор Степан Антонович Бахаев совершил 180 боевых вылета, налетав 143 часа 25 минут. Участвуя в 63 боях, им было сбито 11 самолетов противника - 3 Ф-80, 1 Б-29, 2 Ф-84 и 5 Ф-86.
После окончания корейской командировки Степан Антонович продолжал службу в составе 523-го ИАП на Дальнем Востоке. Освоил МиГ-17 и МиГ-17ПФ. Тут же в 1953 году родилась и дочь - Наталья. Все, казалось бы, шло хорошо, но карьеру боевого аса оборвала тривиальная авиационная катастрофа.
26 апреля 1959 года майор Бахаев как инспектор полка по летному делу в очередном ночном учебном вылете "вывозил" летчика соседнего полка - капитана Алексея Александровича Свинтицкого (кстати, тоже участника ВОВ (3 победы) и Кореи). Вот что о том злополучном вылете через много лет вспоминал Алексей Александрович:
"Это было в апреле 1959 года, на сборах руководящего летного состава в Воздвиженке. Я тогда был капитаном, заместителем комэска. И вот вылетаем мы на "спарке" с инспектором по технике пилотирования Степаном Бахаевым на ночную тренировку в облаках. Ну, отлетали, заходим на посадку. Снижаемся - полосы не видно. Все закрыто плотным слоем тумана, наползающего со стороны залива Петра Великого (недалеко от Владивостока). Это называется "морской вынос" - с моря тащит влажный воздух и над прибрежной частью моря и сушей он начинает превращаться в туман. Один заход, второй - бесполезно. Направляют нас в Спасск Дальний на запасной аэродром. Прилетаем, а там та же история. "Будем вас по локатору заводить", - говорят. Стали искать операторов, а те то ли в самоходе, то ли еще где - нет их.
Заводят нас на посадку по радиопеленгатору... В общем, получилось так, что вместо полосы вывели нас точно на горный хребет Сихотэ-Алинь. Там безопасная высота полета 2500 метров. "Выходите на посадочный курс, снижение 5 метров в секунду", - командуют с РП. Выпускаем шасси, выходим на посадочный... А я чувствую - не прошли мы еще хребет, каким-то пятым чувством ощущаю... И, как выяснилось, "предчувствия его не обманули"... Держу снижение не 5, а 2 метра в секунду... Вдруг страшный удар (стойки шасси, как выяснилось позже, "срезало" вчистую - те метры, что я не добирал при снижении, оказалось, спасли нам жизнь), но самолет летит. Резко идем в набор. Самолет деформирован и его со страшной силой валит на крыло. Еле удерживаю педали - только убираешь ногу - тут же заваливается в штопор. Степан кричит: "Подожди, катапультируешься после меня". Дело в том, что если первым покинет самолет передний летчик, то напором воздуха может заклинить заднюю часть фонаря, и для того, кто сзади, полет может кончиться плохо. Не так, как говорят летчики-испытатели, стоя у разбитого самолета: "Самолет на земле, летчики живы - полет прошел успешно!"
Слышу, Степан "улетел". Только я ноги убираю на подножки (чтобы не отбило при катапультировании о козырек кабины) - самолет в ту же секунду "бросает" в штопор. Я его и так еле-еле удерживал... А прыгать из штопора дело крайне рискованное. Но другого выбора нет: сбрасываю фонарь, убираю ноги - а самолет же на втором витке штопора - жму на скобы катапульты... Не знаю, как мне повезло, но пролетел я между вращающимися частями самолета очень удачно, не зацепив ни крыло, ни стабилизатор. И буквально через 3 секунды слышу мощный удар - самолет "вписался" в сопку. Но не загорелся... Когда поисковики его нашли, увидели такую картину: передняя кабина смята в блин, а в задней мирно тикают бортовые часы...
Только парашют раскрылся - и я почти тотчас повис на огромном кедре. Смотрю на часы - 23.30. Ну, думаю, теперь спешить особо некуда, высоко, внизу почти ничего не видно, зверье всякое бродит, а мы пистолеты не взяли - буду висеть здесь до утра. Погода мерзкая, моросит мелкий дождь, решил закурить. Только спичкой чиркнул, - слышу, Степан зовет откуда-то снизу. Оказалось, ему повезло меньше - при приземлении так ударился спиной, что потерял сознание. Очнулся быстро и в темноте увидел вспышку спички...
"Давай, - говорит, - спускайся". А там высота - метров двадцать и ни одной ветки ниже пятнадцати! Ну, делать нечего, кое-как слетел я с дерева, повезло опять - склон, сугроб...
Утром отправляемся в путь. Бахаев говорит: "Я поведу". Водил-водил, к вечеру на то же место притопали. "Мы, - говорит, - тут не были". Как же не были - то же дерево, тот же камень... В общем, взял я роль проводника на себя. Главное - выйти на звериную тропу. Она всегда приведет к речке. А дальше уже просто. Короче говоря, не прошло и двух суток, как мы вышли к реке (а речка та, между прочим, называется Даубехе - Долина счастья) и нашли обитаемую пасеку. Дед с сыном натопили печку, медовухой отпоили, накормили рыбкой с сухарями... А на следующий день, когда мы уже через речку переправлялись, нашел нас вертолет. Так закончилось наше таежное приключение..."
Степан Антоновича сразу отправили в окружной госпиталь, где военные врачи признали растяжение позвоночника, и целых три месяца герой Кореи провел, что называется на доске. Понятное дело, что после такого лечения вердикт врачей был однозначным - "к полетам не годен". Для Бахаева это был удар, который он с трудом перенес. Посчитав количество налетанных часов, Герой Советского Союза с "чистой совестью" ушел в отставку.
Вместе с семьей майор в отставке уехал в небольшой городок Богодухов, что в Харьковской области. Какое то время он отдыхал, занимаясь своим любимым делом - разведением садов, а с 1962 по 1973 год он работал в Богодуховском учебном центре ДОСААФ. Одновременно проводил большую пропагандистскую работу. Степан Антоновича как заслуженного ветерана Великой Отечественной войны (о войне в Корее предпочитали не упоминать, даже в некрологе, опубликованном в местной газете, указано, что с 1 апреля 1951 года по 1 марта 1952 года - "находился в спецкомандировке") часто приглашали участвовать в различных мероприятиях. Он встречался с передовиками сельского хозяйства, выступал перед воинами, рабочими, учащимися. Сын тоже пошел по стопам отца и, окончив Харьковское военное авиационное училище, стал летчиком.
Степан Антонович вел очень активный образ жизни - много времени проводил в лесу, рыбачил, любил охоту, но две войны давали о себе знать, и в 1980 и 1982 году он перенес два инсульта. А 5 июля 1995 года сердце этого замечательного человека перестало биться... Ему шел семьдесят четвертый год.

взято отсюда http://www.4077th.ru/page.php?id=1606
Вернуться к началу
Показать сообщения за:   

Вернуться в Война в Корее. 1950 - 1953

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1